Сведения о масштабах деятельности кустарей весьма смутны, установлено, однако, что в конце XVII в. в Кунгурском уезде существовало 45 таких «заводов». Годовая выплавка каждого из них была несколько ниже 50 пудов (0,82 т). Существовали также скупщики полуфабрикатов — необработанных кусков железных криц. Это были такие же крестьяне, державшие на речках специальные вододействующие молоты. В свободное от земледельческих работ время они перековывали крицу в полосное и прутовое железо.

Иогансон Б. В. «На старом уральском заводе»
Иогансон Б. В. «На старом уральском заводе»
Выплавка железа в домашней домнице (реконструкция)
Реконструкция выплавки железа в домашней домнице
Фото: vsenovostint.ru

Два первых казённых металлургических завода появились на Урале в 1630-х годах, при Михаиле Фёдоровиче — первом представители династии Романовых. Ницынский железный завод находился на восточном склоне Уральского хребта, так как обеспечивал в основном потребности колонизаторов Сибири. Пыскорский медный завод расположили на европейском склоне, так как основным потребителем его продукции был Московский монетный двор и казённые литейные мастерские.

Император Михаил Федорович Романов
Император Михаил Федорович Романов

Кадры Ницынского железного завода составляли 16 крестьянских семей, насильственно поселённых в новообразованной Рудной слободе. Производство осуществлялось с 1 сентября по 9 мая. В свободное от работы на заводе время заводские рабочие занимались землепашеством, причём были освобождены от обычных крестьянских повинностей. Кроме того, им было положено жалованье — 5 р. в год. Но льготы не привлекали крестьян, и побеги были обычным явлением. По приблизительным оценкам историков среднегодовая выплавка железа на Ницынском заводе должна была составлять 45 т, т.е. немного превышала общую выплавку всех кустарных хозяйств Кунгурского уезда. Археологические исследование показывают, что завод действовал около 50 лет.

доменный амбар XVII века, состоявший из двух печей
Реконструкция доменного «анбара» Два таких «анбара» со вспомогательными постройками и составляли большинство уральских металлургических заводов XVII века (реконструкция)
Фото: vsenovostint.ru

При постройке Пыскорского завода было совершено множество технических ошибок, что заставляло несколько раз начинать работу сначала. Постройка осуществлялась вольнонаемными людьми. Рабочий с конём получал 12 коп. в сутки, пеший — 6 коп. Среди руководства завода было 15 иностранцев. Рабочие, обслуживающие производство, были двух категорий. Первая категория — местные крестьяне, видимо вольнонаёмные. В источнике употребляется словосочетание «охочие деловцы». Вторая категория — осуждённые фальшивомонетчики, присланные из центра, как специалисты по медному делу. Предполагается, что среднегодовая выплавка Пыскорского завода составляла 10 т. Цифра ничтожно малая в сравнении с потребностями страны. В 1656 г. завод был остановлен в связи с мобилизацией всех квалифицированных специалистов на осаду Риги. Как видно, великий государь Алексей Михайлович не считал его функционирование чрезвычайно важным. В 1660-е предприятие было сдано в аренду частным предпринимателям Тумашевым, которые вскоре прекратили производство в связи с истощением месторождений. Однако в XVIII в. завод был восстановлен. Развитие технологий позволило извлекать металл из руды, которая ранее шла в отвалы.

План Пыскорского завода
План Пыскорского завода

Во второй половине XVII в. начался подъём чёрной металлургии в европейской части России. Русские предприниматели и голландские концессионеры основывают более 20 железных заводов под Москвой, под Тулой, в Олонецком и Вологодском краях. Доля русского не импортного железа на внутреннем рынке России в это время довольно велика. Урал же более всего интересует правительство, как потенциальный источник цветных и драгоценных металлов. Поиски месторождений всячески поощряются, но пока не приносят желаемых результатов.

 

Первым частным горнозаводчиком Урала стал Дмитрий Тумашев, бывший арендатор Пыскорского завода. В 1669 г., в царствование Алексея Михайловича, он основал завод близ открытого им на р. Нейве железного месторождения. Для обеспечения завода рабочей силой Тумашев получил разрешения прикрепить к заводу («прибирать во крестьяне») пришлых и нетяглых людей. Десятую часть заводской выплавки предприниматель был обязан сдавать государству. Тумашевский завод просуществовал около 15 лет. Причины его упадка неизвестны.

 

В 80-е годы на Урале появился ещё один негосударственный завод. На этот раз в роли частного предпринимателя выступал Долматовский монастырь, основанный в этих краях несколькими десятилетиями раньше. Впрочем, монастырский завод имел всего две небольшие печи и мало чем отличался от уже упомянутых нами «мужицких заводов». В самом конце XVII в., уже в петровские времена монастырская вотчина была секуляризирована, и здесь был основан крупный Каменский завод.  

Возведение Каменского завода началось в июне 1700 г. в двух верстах от впадения Каменки в Исеть
Возведение Каменского завода началось в июне 1700 года в двух верстах от впадения реки Каменки в Исеть
Фото: goldvoice.club

В царствование Петра I вопрос о создании мощной металлургической базы встал необычайно остро. Борьба за выход к морю означала длительную войну с соседями, а война предполагает изготовление оружия, и, следовательно, усиленное потребление металла государством. Несмотря на наличие некоторого количества металлургических заводов, к концу XVII ст. Россия ещё всецело зависела от привозного железа. Добываемая в европейской части страны руда была низкого качества. Существовавшие тогда технологии не позволяли выплавлять из неё высококачественное железо. Знаменитые тульские кузнецы-оружейники предпочитали работать с привозным металлом, а местный браковали. Ситуация осложнялась тем, что мировым лидером по производству и экспорту железа была на тот момент Швеция — потенциальный враг России в борьбе за Балтику. Шведское железо считалось лучшим в мире, именно его употребляли на изготовление оружия. Насущные интересы России требовали войны с северным соседом, контролирующим балтийские морские пути. Совершенно очевидно, что невозможно было ставить обороноспособность страны в зависимость от шведского экспорта. В связи с этим обстоятельством было принято решение начать активное освоение металлургических ресурсов Урала.

 

Организация этого важного дела была поручена Андрею Андреевичу Виниусу, ближайшему сподвижнику Петра, сыну первого в России крупного иностранного концессионера-металлурга.

 

После того, как уральская руда прошла испытание на качество, и выяснилось, что железо из неё получается не хуже шведского, верхотурскому воеводе были посланы грамоты с приказанием, искать подходящие места для заводов. К грамотам прилагались подробнейшие инструкции, на какие именно факторы надо обращать внимание при выборе места.

 

Задача была, мягко говоря, нетривиальная, ведь ни одна страна в мире ещё не имела столь удалённой от центра и основных районов потребления металлургической базы. А заводы надо было обеспечивать не только сырьём и топливом, но и рабочими руками и транспортом, для отправки готовой продукции к месту назначения. Инструкции предусматривали строгий учёт имеющегося на месте населения, наличия у него транспортных средств, требовали предоставить сведения о ценах на хлеб и о размерах обычной в этих краях плате за извоз.

 

 

Масштабы заводского строительства были не те, что при Михаиле Фёдоровиче. Только на строительстве Невьянского завода, начатого в 1699 г., было задействовано 1500 человек, в том числе 312 конных рабочих. Кладку доменной печи осуществляли два русских мастера с центральных заводов, по устройству кричных горнов и молотов тоже работали двое русских мастеров. За приспособление воздуходувных мехов отвечал иностранный специалист. Строительство завода обошлось казне в 11887 р. 95,5 коп. Суточный выход чугуна из заводской печи составил 2 т.

Невьянский завод Демидовых
Невьянский завод Демидовых. Гравюра. XVIII в.

Кроме Невьянского завода в первые годы царствования Петра были заложены заводы: Каменский, Уктусский, Алапаевский. Все эти заводы по размаху своей деятельности соответствовали средних размеров металлургическому предприятию в центральном районе, но железо здесь выходило качественнее. Кроме того, в это время на Урале существовало два мелких частных завода: Мазуевский и Шувакшишский. Но оба эти завода не имели домны и изготовляли железо сыродутным способом. Мазуевский завод специализировался также на ковке, для чего скупалась крица с «мужицких заводов». Крупнейший Невьянский завод был вскоре передан знаменитому Демидову, бывшему тульскому кузнецу-оружейнику. Он сумел наладить производство эффективнее, чем это было сделано на казённых заводах, но государство было его постоянным контрагентом и скупало всю продукцию по твёрдым ценам.  

 

Годовая выплавка чугуна на Уральских заводах в первую половину петровского царствования оценивается специалистами в 5 500 т., в то время как общая выплавка всех крупных заводов страны составляла почти 27 тыс. т. Таким образом, доля Урала была около 20 %. Но, как уже отмечалось выше, уральская продукция отличалась исключительно высоким качеством, и одна была способна составить конкуренцию знаменитому шведскому железу на мировом рынке. Впрочем, первоначально почти всё уральское железо шло на удовлетворение военных нужд Российского государства и не поступало ни на внутренний, ни на внешний рынок.

 

 

Уральский регион в те времена был заселён чрезвычайно слабо, поэтому на заводах не хватало не только людей имеющих квалификацию, но и людей вообще. Попытки укомплектовать заводы вольнонаемными рабочими, как правило, оканчивались неудачей. Чаще всего кадровый вопрос решался следующим образом: некоторое количество государственных крестьян приписывались к заводу. Меньшая часть из них переводилась в мастеровые и работала на заводе круглогодично. Большая — продолжала заниматься земледелием, но несла в пользу завода ряд трудовых повинностей, которыми заменялись подати причитающиеся государству. Крестьяне должны были заниматься заготовкой дров, углежжением, транспортировкой готовой продукции, часто строительством и заготовкой сена для заводских лошадей. Работы выполнялись не бесплатно. Независимо от характера выполняемой повинности пешему работнику полагалось жалованье 5 коп. в день, а конному — 10 коп. в день. Большинство крестьян восприняли вызванную появлением заводов перемену в своей судьбе враждебно, многие бежали из приписных деревень. Но были и такие, которые охотно занимались горными разведками, получая от администрации завода премии за удачные находки.

 

Вскоре разведчики и мастеровые образовали особый слой заводской деревни. Часто они встречали недоброжелательное отношение односельчан. Это противостояние порой принимало довольно острые формы, вплоть до жестоких расправ сторонников традиционного уклада над охотниками-рудоискателями.

 

Категория мастеровых, постоянных заводских рабочих, пополнялась всякого рода нелегальными элементами: беглыми из центральных губерний крепостными крестьянами, раскольниками, уклоняющимися от военной службы рекрутами, наконец, беглыми каторжниками. После 1709 г., когда в результате Полтавской битвы было взято в плен 16 тыс. шведов, эти пленные стали важным источник трудовых ресурсов для уральских заводов. Действительно, вольнонаёмных рабочих было мало, хотя власти неоднократно высказывались об этом способе пополнения кадров, как о наиболее предпочтительном. Покупные крепостные составляли в этот период небольшой процент.

 

Ко второму десятилетию XVIII в. Россия полностью обеспечивала собственные потребности в чёрном металле. На одного жителя страны в год приходилось 2,5 кг чугуна, что приблизительно соответствовало среднеевропейской норме (исключая Швецию, как производителя, и Англию, как потребителя). А вот с цветными металлами положение было катастрофическим. Думаю, читатели со школьной скамьи помнят исторический эпизод с переливанием церковных колоколов на пушки.

 

Богатейшие медные месторождения Урала ещё не были открыты. Государство продемонстрировало свою заинтересованность в скорейшей разработке полезных ископаемых страны образовав в 1719 г. специальную Берг-коллегию и выпустив указ о Берг-привилегии. В указе говорилось: «Соизволяем всем и каждому даётся воля, какого бы чина и достоинства не был, во всех местах, как на собственных, так и на чужих землях, искать, копать, плавить, варить и чистить всякие металлы, сиречь, золото, серебро, медь, олово, свинец, железо, также и минералов». Согласно Берг-привилегии помещик имел приоритетное право на разработку месторождений на собственной земле, однако лишь в том случае, если сам проявлял инициативу. В противном случае, он вынужден был терпеть в своих владениях чужие разработки, довольствуясь получением с них 1/32 части прибыли. Утайка месторождения или помехи в её эксплуатации могли повлечь за собой конфискацию имения, и даже смертную казнь. Разрешение на постройку завода на вновь найденном месторождении давалось после проверки образцов руды казённой комиссией. В ряде случаев государство обеспечивало техническую помощь и давало кредиты, необходимые для налаживания производства. Предприниматель обязывался сдавать в казну десятую часть валовой продукции, но освобождался от этой повинности в первые убыточные годы. При этом гарантировалось право заводчиков на неотъемлемое владение заводом и передачу его своим наследникам. Такой пункт Берг-привилегии, был связан с тем, что ранее развитие горнозаводского дела сильно тормозилось опасением частных предпринимателей, что всякое успешное в этой области предприятие будет отобрано в казну.

 

Мастеровые люди действующих заводов должны были согласно Берг-привилегии освобождаться от податей и военной службы и получать за работу плату. Это был единственный пункт, затрагивающий вопрос о рабочей силе, и его было явно недостаточно, чтобы решить кадровый вопрос, стоящий на заводском Урале очень остро. Поэтому, не смотря на все обещанные льготы, медное заводское строительство в течение двух лет не сдвинулось с мёртвой точки, пока в 1721 г. не появилось дополнение к Берг-привилегии: разрешение «купецким людям» покупать для заводов крепостных, правда «токмо под той кондицией, дабы те деревни всегда уже были при тех заводах неотлучно». До сих пор владение крепостными было привилегией исключительно дворянского сословия.

 

 В 1722 г. вышел указ, разрешающий принимать на заводы беглых крепостных, не возвращая их владельцам. Таким образом, правительство явно предпочитало интересы заводчиков, интересам традиционных землевладельцев. Правда в 1724 г. правительство, идя на уступки этим последним, вынуждено было запретить приём беглых и беспаспортных, но уступка не была полной. Квалифицированного рабочего заводчик имел право оставить у себя, уплатив бывшему владельцу установленную правительством стандартную компенсацию — 50 р. Одновременно вышел указ, приравнивающий трудовую повинность на заводе к воинской повинности: «С приписных слобод и заводов рекрут не брать, а сколько когда по генеральным расположениям надлежит быть с тех слобод рекрут во взятье, то оных определять в заводские работы и обучать всякому мастерству».