В этой войне, даже в тех ее эпизодах, когда авиация НАТО действовала против регулярной армии (прежде всего, в операции «Свобода Ираку»), противовоздушная оборона противника не оказывала организованного сопротивления. Она, как правило, располагала только малокалиберной зенитной артиллерией и переносными зенитными ракетными комплексами. Более мощных ЗРК, перехватчиков ПВО и технических средств обнаружения целей противник почти не применял или (в случае с Ираком) не смог сделать это эффективно. Отсутствие противодействия авиации всегда позволяло обойтись без использования дорогостоящих видов ВТО, запускаемых вне зоны ПВО – крылатых ракет и планирующих бомб. Они применялись исключительно с целью оказания устрашающего давления на третьи страны (например, США на Россию) и для их испытаний (хотя без ПВО трудно сказать, что условия этих испытаний были хотя бы приближены к боевым).

 

Возможность беспрепятственно проводить воздушную разведку всей территории и выполнять бомбометание с больших и средних высот с горизонтального полета создавали идеальные условия для применения ВТО со спутниковым наведением, которое уже было предварительно опробовано в 1999 г. в бомбардировках Югославии. 

Подготовка к применению 2000-фунтовых управляемых бомб GBU-31 JDAM
Подготовка к применению 2000-фунтовых управляемых бомб GBU-31 JDAM.
Операция: удар по складу боеприпасов северо-восточнее населённого пункта Себха в Ливии 28 марта 2011 г.
Фото: pfc-joker.livejournal.com

Фактически ВТО полностью вытеснило неуправляемое оружие из арсенала ВВС стран НАТО в кампаниях в Афганистане и на Ближнем Востоке. Хотя в то время практически все военные эксперты говорили о таких видах ВТО как о некоем абсолютном оружии, оно продемонстрировало наряду с несомненными достоинствами и явные недостатки:

  • низкую защищенность всей системы GPS от природных и искусственных радиопомех;
  • недостаточную точность в районах, где нет сети дополнительных наземных «маяков» (типовая ситуация для всех театров военных действий в «глобальной войне с терроризмом», не будет их и в случае вооруженного конфликта НАТО с Россией, Китаем, Ираном и многими другими странами);
  • невозможность применения по подвижным целям из-за быстрого «старения» информации об их координатах, а ведь танки и другие боевые машины, мобильные командные пункты, грузовики, снабжающие боевиков, наконец, «джихадмобили» – это типовые цели авиации НАТО в «глобальной войне с терроризмом».

Но даже атаки больших хорошо видимых объектов с применением «спутниковых» и комбинированных бомб JDAM, LJDAM и других не всегда оказывались успешны. По крайней мере, пресс-службы «антитеррористической коалиции» объясняли частые случаи бомбардировок гражданских объектов вместо лагерей и позиций боевиков именно техническими сбоями. Попыткой устранить эти недостатки стали различные варианты комбинированных систем самонаведения, включающих спутниковые и оптоэлектронные каналы – телевизионные, тепловые или лазерные. Они появились более пяти лет назад, но ожидаемого перелома в войне с терроризмом тоже не принесли.

Легкая управляемая авиабомба GBU-38 JDAM с комбинированной системой наведения (спутниковая ИСУ и ИК ГСН) на базе свободнопадающей бомбы Mk. 82
Легкая управляемая авиабомба GBU-38 JDAM с комбинированной системой наведения (спутниковая ИСУ и ИК ГСН) на базе свободнопадающей бомбы Mk. 82
Фото: www.globalsecurity.org
Проверка управляемых бомб GBU-54 LJDAM с комбинированным наведением (GPS плюс полуактивное лазерное) на самолете ВВС США F-16C Fighting Falcon перед вылетом на бомбардировку талибов с аэродрома Баграм в Афганистане – 30 сентября 2010 г.
Проверка управляемых бомб GBU-54 LJDAM с комбинированным наведением (GPS плюс полуактивное лазерное) на самолете ВВС США F-16C Fighting Falcon перед вылетом на бомбардировку талибов с аэродрома Баграм в Афганистане – 30 сентября 2010 г.
Фото: www.deagel.com

Особенностями этого конфликта являются его рассредоточенный характер и вовлеченность в него широких масс населения очень большого числа стран – тысячи людей вступают в террористические организации по причинам личного, религиозного, идеологического, материального (нажива) или иного характера. Благодаря этому, а также поддержке извне эти организации и сейчас контролируют весьма обширные территории во многих районах мира.

 

С 2015 г. в этот конфликт вступила и Россия. Однако ее цели и методы существенно отличаются от коалиции стран Запада. 

Подготовка к подвеске неуправляемых толстостенных фугасных бомб ФАБ-250ТС на бомбардировщик Су-24М ВКС РФ на авиабазе Хмеймим в Сирии (на его крыльевых держателях уже подвешены бомбы ФАБ-250М62)
Подготовка к подвеске неуправляемых толстостенных фугасных бомб ФАБ-250ТС на бомбардировщик Су-24М ВКС РФ на авиабазе Хмеймим в Сирии (на его крыльевых держателях уже подвешены бомбы ФАБ-250М62)
Фото: vistanews.ru

США и их союзники стремились к смене режимов, которые они подозревали (и в отдельных случаях вполне обосновано) в поддержке террористов, считая, что этот фактор решит исход всей кампании. Режимы поменялись почти везде, но желаемый результат не достигнут. Россия же наоборот пытается помочь удержать власть существующему в Сирии правительству Башара Асада, видя в нем единственного внятного союзника на всем Ближнем Востоке. Однако очевидно, что Россия преследует и те же цели, что и США с союзниками – кампания в Сирии для нее яркая возможность демонстрации своей военной мощи и тренировки личного состава. Что до вопроса испытаний нового вооружения в боевых условиях, то здесь тоже надо учитывать характер противника.

 

Что касается методов, то в отличие от ВМФ РФ, с таким успехом применивших новейшие крылатые ракеты «Калибр», авиация России, в том числе дальняя, использует в основном свободнопадающие (неуправляемые) бомбы. В частности, что касается Дальней Авиации, то крылатые ракеты Х-101 и Х-555 «отметились» только в отдельных ударах межконтинентальными самолетами Ту-95МСМ и Ту-160М, но основная нагрузка легла на средние бомбардировщики Ту-22М3, а они используют именно такое оружие.

 

Свободнопадающие бомбы часто презрительно именуют «чугунными», однако они по-прежнему широко применяются ВКС России – в кампании в Сирии именно они являются основным вооружением ударных самолетов. Причем как оказалось, в таких конфликтах, как сирийский, эффект, приносимы им и ВТО, вполне сравним, а вот цена – отнюдь. 

Показ вооружения российского Су-25 в Сирии – осень 2015 г.
Показ вооружения российского Су-25 в Сирии – осень 2015 г.
Перед самолетом разложены снаряды калибра 30 мм к встроенной пушке ГШ2-30, ракеты С-8 калибра 80 мм, объемно-детонирующие авиабомбы ОДАБ-500П, блоки Б-13Л для ракет С-13 калибра 127 мм, кассеты малогабаритных грузов универсальные КМГУ бля бомб и мин малого калибра (в камуфляже – баки). Под крылом съемные подвижные пушечные установки СППУ-22-01 с пушками ГШ-23, блоки Б-20М с ракетами С-8, бомбы ОФАБ-100-120 и ракеты «воздух-воздух» Р-60М. Из всего только последние управляемые, а все остальные – «чугунные»
Фото: cont.ws
Сброс «чугунных» бомб ОФАБ-250-270 из отсека вооружения самолета Ту-22М3 ВКС Российской Федерации – Сирия, 11 августа 2016 г.
Сброс «чугунных» бомб ОФАБ-250-270 из отсека вооружения самолета Ту-22М3 ВКС Российской Федерации – Сирия, 11 августа 2016 г.
Фото: МО РФ // i.ytimg.com

Примером эффективного применения свободнопадающих бомб может служить удар шести самолетов Ту-22М3 ВКС России по лагерю боевиков ИГИЛ в районе Дейр-эз-Зор 24 января этого года. Самолеты вылетели с аэродрома на территории РФ (вероятнее всего, из Моздока, который уже использовался для таких операций). Они несли по 12 свободнопадающих осколочно-фугасных бомб ОФАБ-250-270, которые сбросили с большой высоты по оптическому прицелу ОПБ-15Т. Результаты, зафиксированные БПЛА, можно видеть на приложенном видео. Воздушное прикрытие ударной группы выполняли истребители Су-30СМ с авиабазы Хмеймим, которые выставили заслоны на пути возможного появления чужих истребителей. Хотя сейчас Турция резко поменяла свою позицию в отношении Сирии и России, а США даже начали поставлять российским военным развединформацию о боевиках ИГИЛ и других террористических группировок, эта мера излишней не кажется. 

 

 

Конечно сейчас нельзя сказать, что конец войны в Сирии близок, однако то, что правительство Асада не только не пало, а и расширило зоны контролируемой им территории, чего не скажешь, например, об Ираке, свидетельствует о том, что в подобных конфликтах потенциал обычных «невысокоточных» вооружений, которые в основном применяет и сирийская армия, и российские ВКС, далеко не исчерпан.

 

Максимальное отклонение свободнопадающей бомбы от точки прицеливания – это предсказуемая расчетная величина, зависящая от только параметров траектории полета (высоты, линейных и угловых скоростей) и нет смысла применять ВТО по объектам, размеры которых превышают эту чаще всего весьма небольшую величину. Что касается возможных ошибок, которые может сделать экипаж на боевом курсе, то ВТО, в том числе и использующее спутниковую навигацию, «открывает для этого гораздо большие возможности». А с точки зрения цены боевого вылета, с учетом необходимости предварительной разведки целей для «спутникового» ВТО нередко бывают ситуации, когда дешевле послать эскадрилью, загруженную «чугунными» бомбами, чем звено или даже пару с бомбами управляемыми.

 

Отдельный вопрос – применение авиабомб в населенной местности и жертвы среди мирных жителей. И здесь преимущества ВТО опыт «глобальной войны с терроризмом» не подтверждает.