Кроме того, 15 само­летов насчитывалось в морской авиации и 35 — в воен­ных летных школах. В целом же в Российской империи на июнь 1914 г. насчитывалось 875 лицензированных летчиков, что было довольно неплохо на фоне других европейских государств.

 

С началом войны в российской авиации начались опыты с вооружением аппаратов и экипажей, однако они тормозились недостатком пулеметов как таковых. Поэтому довольно долго противостояние на российском фронте было невооруженным. Ввиду этого российским летчикам приходилось идти на откровенно вынужден­ные меры — например, использовать такой небез­опасный тактический прием, как таран. Уже 26 августа 1914 г. штабс-капитан 11-го корпусного отряда Петр Не­стеров на одноместном аэроплане Моран тип «Ж» сбил германский двухместный разведчик «Альбатрос» В.11. По всей видимости, это была первая победа, одержан­ная в ходе воздушных войн ХХ в., или как минимум пер­вая в начавшейся мировой войне.

александр александрович казаков, георгиевский кавалер, русский ас
Лучший русский ас Империалистической войны Александр Александрович Казаков (усатый георгиевский кавалер без фуражки в центре) с боевыми товарищами

Только в конце 1914 г. на русском фронте появились первые вооруженные пулеметами аппараты — фран­цузские «Вуазены». Однако их было очень мало, и лет­чикам приходилось вооружать свои аппараты самосто­ятельно. Так, будущий лучший российский ас Первой мировой войны поручик Александр Козаков из 4-го кор­пусного отряда 18 марта 1915 г. самодельной кошкой смог сбить вражеский аппарат.

 

Его карьера была в чем-то типична для того времени. Родившийся в 1889 г. в Херсонской губернии, он закон­чил Воронежский кадетский корпус и Елисаветградское кавалерийское училище. Прослужив в кавалерии пару лет, в июне 1913 г. перевелся в авиацию. К весне следу­ющего года после обучения в Офицерской воздухопла­вательной школе он получает звание военного летчика и отправляется на фронт. Здесь летает на разнообраз­ных невооруженных аппаратах.

 

Только с конца 1915 г. Козаков начинает летать на ис­требителе «Ньюпор» 10 с пулеметом «Максим». Свою вторую победу в воздухе Козаков одержал 8 декабря 1916 г., когда во время боя с двумя противниками сбил австрийский «Бранденбург» С.1.

 

 

 

Всего за время войны Александр Александрович Ко­заков одержал лично и в группе 20 побед, из которых 16 были записаны на его счет. Для российской авиации и русского фронта в целом это был рекорд. Стоит сказать и о дальнейшей непростой судьбе пилота. Октябрьский переворот 1917 г. он не принял и примкнул к формируе­мому на севере России антибольшевистскому Славяно­Британскому авиационному корпусу. Здесь он получил чин лейтенанта Королевских ВВС и должность командира 1-го ави­ационного отряда.

 

Однако, как и для многих ка­дровых офицеров, гражданская война стала для него серьезным психологическим испытанием, и 1 августа 1919 г. он покончил жизнь самоубийством, разбив­шись на истребителе Сопвич «Снайп»...

 

Возвращаясь к событиям в воздухе на русском фронте, стоит отметить, что фактически к актив­ным боевым действиям в воздухе здесь приступили только весной 1916 г. К тому времени россий­ское командование созрело для организации специальных ис­требительных подразделений — истребительных авиационных отрядов (ИАО). Первыми такие отряды были сформированы в Киеве (7-й ИАО, командир — подпоручик Иван Алексеевич Орлов) и Пскове (12-й ИАО, ко­мандир — подпоручик Макс Гер­манович фон Лерхе).

 

Еще окончательно не было за­вершено комплектование истребительных авиаотрядов техникой, как обстановка на фронте потребовала созда­ния более крупных формирований истребительной ави­ации, известных в России как «Боевые Истребительные авиагруппы» (БАГ). Первая БАГ была сформирована на базе трех корпусных авиаотрядов и на фронте появи­лась в августе 1916 г.

петр нестеров, русский летчик, воздушный бой
Русский летчик Петр Николаевич Нестеров, первым в истории сбивший аэроплан неприятеля в воздушном бою, но и сам погибший при этом

Следом начали массово формироваться отдельные истребительные авиаотряды, которые придавались ко­мандованию армий. Их основной задачей были пере­хват и недопущение в наш тыл вражеских разведчиков.

 

Интересно, что в немецких документах впервые появление русских истребителей отмечено только 13 сентября 1916 г., когда семерка русских машин, патрулировавшая воздушное пространство над фронтом, перехватила группу из восьми немецких самолетов, пы­тавшуюся прорваться к Луцку.

 

В ходе довольно ожесточен­ного боя были сбиты три не­мецких самолета, один летчик погиб.

 

К середине войны в Рос­сийской империи стали до­статочно большое внимание уделять и специальной подго­товке летчиков-истребителей.

 

 

 

Так, сразу в трех авиашколах (Одесской, Севастопольской и Московской) были созданы специальные курсы, а перепод­готовкой занимались в Евпаторийской школе воздушного боя и стрельбы.

 

Отдельно стоит отметить и такое нетипичное для осталь­ных европейских ВВС явление, как зарубежные стажировки российских пилотов. В ноябре 1916 г. большая группа военных летчиков, в состав которой вошли офицеры-фронтовики Е. Крутень, А. Барковский, И. Кожун, И. Ор­лов, А. Свешников, И. Хризоскалео, С. Шебалин, В. Янченко и М. Георгиц, была откомандиро­вана во Францию. Здесь летчики проходили подготовку в школах высшего пилотажа в городах По и Казо, а боевую практику — на западном фронте, некоторые из авиаторов — в знаменитой эска­дрилье «Аистов». Стажировались российские летчики-истребители и в Англии, например эстонец Ян Махлапуу.

 

Еще одним интересным мо­ментом стало пребывание на русском фронте французской военной миссии, в числе кото­рой было много и летчиков-исдтребителей. Среди прибывших по обмену опытом был и такой результативный пилот, как ла­тыш Эдвард Пульпе, который на тот момент имел на своем счету четыре победы в воздухе. Война застала его во Франции, куда он уехал после оконча­ния физико-математического факультета Московско­го университета. Эдвард добровольно вступил в ряды французской армии, прошел обучение и стал летчи- ком-истребителем. Воевал в составе эскадрильи № 23 (MS 23). Отличился в боях под Верденом. Свою пятую и, к сожалению, последнюю победу он одержал, уже воюя в России. 20 июля 1916 г. во время вылета на перехват бомбардировщиков ответным огнем был сбит и погиб.

 

В России также достаточно большое внимание уде­лялось и развитию тактики истребительной авиации. Уже в 1916 г. выходит в свет первое в России «Настав­ление по применению авиации на войне», в котором указывалось, что целью борьбы с вражеской авиацией «является обеспечение своего воздушного флота сво­бодой действий в воздухе и стеснение таковой против­нику». Считалось, что эта цель может быть достигнута «непрерывным преследованием неприятельских аппа­ратов и их уничтожением истребителями в воздушном бою».

истребитель моран, истребитель ньюпоры, французский истребитель
Истребители Моран «Монокок» (французское обозначение— тип I) и «Ньюпоры» различных типов из 1-й боевой авиагруппы

Отдельно стоит упомянуть опыт применения авиа­группы капитана Евграфа Крутеня. Сам летчик-ас был фактически первым, кто обобщил опыт применения российской истребительной авиации в брошюре «Со­здание истребительных авиагрупп в России». Крутень считал, что успешно решать поставленные задачи могут только храбрые и умелые летчики-истребители, прояв­ляющие на войне максимум активности и обладающие высоким боевым духом. Именно такими бойцами и не­обходимо было, по его мнению, укомплектовывать ис­требительные авиагруппы.

русский ас, василий янченко, первая мировая война
Русский ас Василий Иванович Янченко, сбивший в годы мировой войны десять аэропланов противника

Заслугой Крутеня была разработка основ тактики ис­требительной авиации. Вот лишь некоторые положения:

  • крайне необходимо первому обнаружить против­ника в воздухе, что даст возможность овладеть инициа­тивой, а значит, принесет успех;
  • сближаться для атаки нужно незаметно для врага, т. е. преимущественно сзади или используя положение солнца, с той стороны, с которой он менее всего ожида­ет опасности;
  • атакующий всегда должен иметь преимущество над противником в высоте, желательно в 500-1000 ме­тров, что обеспечивает быстроту и внезапность атаки, моральное превосходство и значительно уменьшает ве­роятность ответной атаки неприятеля;
  • вести огонь наверняка, но в зависимости от ско­рости сближения с целью лучше всего выдерживать до нее дистанцию в 30-100 метров, так как при нападении сверху нужно оставить себе возможность увернуться от столкновения с аэропланом противника.

Кстати, и сам он на практике блестяще применял эти положения, являясь примером для своих подчиненных. Евграф Николаевич Крутень родился в Киеве в 1891 г. По примеру отца — кадрового офицера выбрал стезю военного, закончив Константиновское артиллерийское училище. Летом 1913 г. перевелся в авиацию, сначала летал летчиком-наблюдателем, а после окончания Гат­чинской военной авиационной школы — и военным лет­чиком. Первую победу одержал 1 августа 1916 г., сбив «Альбатрос».

 

В декабре Крутень в группе российских летчиков истребителей отбыл на стажировку во Францию. Вско­ре трое россиян (Крутень, Орлов и Свешников) были зачислены в 3-ю эскадрилью «Аисты». За месяц боев во Франции Крутень сбил два немецких аппарата, за что был награжден «Боевым крестом с пальмовой ветвью».

 

Вернувшись в Россию, в апреле 1917 г. капитан Крутень принял командование боевой авиагруппой Юго-Западного фронта. При этом он продолжал летать на боевые вылеты, одержав еще четыре победы (две не были засчитаны из-за того, что бой происходил над вражеской территорией).

 

Тут стоит сказать, что специального учета побед не велось, только делались отметки в отрядных журналах боевой работы. Фактически засчитывались почти ис­ключительно вражеские самолеты, севшие или упав­шие на контролируемой нашими войсками территории.

 

Однако окончания войны знаменитый ас не увидел — 6 июня 1917 г., возвращаясь на поврежденной машине из второго за день боевого вылета, летчик разбился при заходе на посадку.

 

 

 

Трагично сложилась судьба российского аса № 2 — Ивана Александровича Лойко. Как и многие авиаторы, сначала он закончил обычное, поскольку летных еще не существовало, военное училище. В его случае — Алексеевское в Москве. Осенью 1914 г. перевелся в авиа­цию, после было обучение в Севастопольской авиаци­онной школе, направление в 30-й корпусной авиаотряд в апреле 1915 г. Основной задачей подразделения на тот момент была разведка вражеских позиций, в чем Лойко преуспел (свидетельство тому — ордена Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом и Святой Анны 4-й степени).

русский пилот, иван лойко, аэроплан моран парасоль
Русский ас Иван Александрович Лойко у аэроплана Моран «Парасоль» (тип L)

С лета 1916 г. становится командиром 9-го истре­бительного авиаотряда, летая на «Ньюпоре» 10. Свою первую воздушную победу одержал 20 сентября.

 

После крайне напряженного года войны на Румын­ском фронте на счету Лойко значилось более 100 воз­душных боев и 11 побед. Причем налет у него был ко­лоссальный — так, только за лето 1917 г. ас провел в воздухе 107 часов 35 минут! Стоит отметить, что ни разу в сотнях воздушных боев и разведок он не был даже легко ранен.

 

После свержения династии Романовых летчик пере­шел служить в Добровольческую белую армию (правда, до этого в его биографии была служба в авиации УНР). Командовал 6-м авиаотрядом Белой армии Врангеля, дослужился до звания полковника. Эвакуировался по­следним судном из Крыма.

 

Осел в Югославии, работая вольнонаемным ин­структором в армейской летной школе. 6 августа 1923 г. Лойко совместно со своим другом — поручиком Пав­лом Качаном — совершил рискованный побег с аэро­дрома Нови Сад на двухместном учебном самолете «Бреге-14». Однако при подлете к советской границе у беглецов кончился бензин, и они вынужденно сели на территории королевской Румынии.

 

Продержав два месяца в румынской тюрьме, 10 ок­тября 1923 г. беглецов передали советским погранич­никам. Первоначально Лойко был амнистирован и на­правлен преподавателем в учебную часть 2-й военной школы летчиков имени ОСОАВИАХИМА СССР в Борисоглебске.

 

Однако советская власть всегда держала «золотопо­гонников» на особом учете и при первом же подозрении они попадали в тюрьмы и лагеря. Так было и с Лойко, которого 14 августа 1929 г. арестовали и вскоре осудили по ст. 58 п. 6 (шпионаж) к десяти годам исправитель­но-трудовых лагерей. Вначале была Бутырская тюрьма, затем Северный край, Котлас, а в сентябре 1931 г. в составе экипажа мотобота «Силур» заключенный Лой­ко прибыл на арктический остров Вайгач — в экспеди­цию ОГПУ.

 

В сентябре 1934 г. он был освобожден, но ехать ему было некуда, и он остался работать инженером-меха- ником по вольному найму в Амдерме, где и скончался в нищете и одиночестве 22 сентября 1936 г.

 

 

 

В Белой Гвардии также служил и другой русский ас — Василий Янченко. Войну летчик начал в 3-м кор­пусном авиационном отряде в солдатской должности моториста. Затем переквалифицировался в летчика- наблюдателя, а после получения полного Георгиевского кавалера был произведен в первый офицерский чин — подпрапорщика. Был в числе тех летчиков, которые проходили стажировку во Франции.

 

На фронте активно воевал относительно недолго — с весны 1917 г. Тем не менее успел одержать в воздуш­ных боях 10 побед. После Октябрьского переворота служил в авиации УНР, потом в Добровольческой армии, авиации Вооруженных сил юга России (ВСЮР). До­служился до звания штабс-капитана. Эвакуировался в 1920 г. из Крыма. Перебрался в США, где и умер в 1952 г.

 

Рассказ о российских асах Первой мировой войны был бы неполным без упоминания «французских» асов с русскими фамилиями — Федорова и Аргеева.

павел аргеев, императорский воздушный флот, французская авиация
Павел Владимирович Аргеев, сбивший три аэроплана противника в период службы в Императорском воздушном флоте России и еще девять— во французской военной авиации

Виктор Федоров эмигрировал во Францию по поли­тическим мотивам — он принимал участие в революци­онных событиях 1905 г. В Европе он увлекся авиацией и сумел получить диплом летчика. С началом Первой мировой войны записался в Иностранный легион, отку­да перевелся в авиацию. Под Верденом воевал в соста­ве эскадрильи «Аисты». За короткое время ему удалось одержать шесть побед, став необычайно популярным у местных журналистов.

 

В 1917 г. он вернулся в Россию в составе воен­ной миссии. В Одессе Федоров обучал своих сооте­чественников выполнению фигур высшего пилотажа, стрельбе из пулемета, тактическим приемам воздуш­ного боя. После многочисленных рапортов весной 1917 г. он отправился на фронт в состав 9-го корпус­ного отряда, дислоцировавшегося на тот момент под Барановичами.

 

После октября 1917 г. вернулся во Францию, сно­ва стал воевать. Под самый занавес войны был сбит и попал в плен. По возвращении из плена у Виктора Фе­дорова открылась смертельная горловая чахотка, и он вскоре скоропостижно скончался.

 

 

 

По похожей причине оказался во Франции и дру­гой будущий ас — Павел Аргеев. Он родился в 1897 г. в Ялте, закончил кадетский корпус и Одесское юнкер­ское училище и был направлен в пехотный полк. В 1912 г. после инцидента, в котором он вступился за солда­та, ставшего жертвой рукоприкладства, был вынужден уйти со службы и эмигрировать во Францию. С началом войны он добровольцем ушел на фронт и стал воевать в 331-м пехотном полку.

 

В конце мая 1915 г. Аргеев получил третье ранение, после которого его признали непригодным к фронтовой службе в пехоте. Тогда он подал рапорт о переводе... в авиацию. Как ни странно, но в те времена медицин­ские требования к пилотам были менее строгими, чем к пехотным офицерам. Считалось, что главное для лет­чика — это «птичий инстинкт» — то неуловимое, что по­зволяет человеку как бы слиться с аппаратом в единое целое, чувствовать себя в воздухе так же уверенно, как и на земле.

строй аэропланов, аэроплан ньюпор, истребительный авиаотряд
Строй аэропланов Ньюпор-24 7-го истребительного авиаотряда Императорского воздушного флота России

К концу 1915 г. он получил диплом пилота и был на­правлен в 48-ю разведывательную эскадрилью.

 

Осенью 1916 г. Павел Владимирович вернулся в Россию, был восстановлен в рядах российской ар­мии в звании штабс-капитана и направлен в 19-й корпусной авиаотряд. Уже 10 января 1917 г. Аргеев одержал первую победу — сбил двухместный раз­ведчик «Альбатрос», за что получил орден Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом. Всего же до развала фронта успел сбить шесть вражеских ап­паратов, причем официально были засчитаны толь­ко три победы.

 

Аргеев через Архангельск отбыл во Францию, чтобы продолжить войну с Германией. С мая 1918 г. он летал в 124-й истребительной эскадрилье, укомплектованной иностранными добровольцами и осуществлявшей ПВО Реймса.

 

 

 

1 июня 1918 г. Аргеев одер­жал свою первую победу на Западном фронте, уничтожив двухместный LVG С. К нача­лу июля счет аса увеличился еще на три победы, и он стал самым результативным пило­том своей эскадрильи. При этом Павел, подобно многим асам Первой мировой войны, не любил работать в команде и предпочитал свободную охо­ту в одиночку, за что товарищи прозвали его «охотником».

 

30 октября 1918 г. он одержал двенадцатую подтвержденную победу, отправив на землю двух­местный аэроплан. К сожалению, мирная жизнь аса была недолгой. 30 октября 1922 г в ка­честве пилота франко-румынской авиакомпании CFRNA «Поль Д'Арджефф» он летел с грузом почты из Праги в Варшаву. В Чешских Татрах самолет попал в густой ту­ман и врезался в скалу неподалеку от польской границы.

русские асы, истребительная авиация, русская авиация

История русской истребительной авиации завер­шилась с подписанием 14 ноября 1917 г. начальником Управления авиации и воздухоплавания при штабе Вер­ховного Главнокомандующего русской армии полков­ником В. Ткачевым приказа № 26623, в котором были подведены итоги и сделан подробный анализ ее дея­тельности на фронтах Первой мировой. Между тем на огромных пространствах разваливающейся империи уже разгорался пожар гражданской войны. Но это уже совсем другая история...

 

Статья была опубликована в ноябрьском номере журнала "Наука и техника" за 2016 год

 

 

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Новости о науке, технике, вооружении и технологиях.

Подпишитесь и будете получать свежий дайджест лучших статей за неделю!