Трудовой подвиг забытого КБ. Часть 2

Рубрика: АВИАЦИОННАЯ ТЕХНИКА
504

(Продолжение. Начало см. в № 11 2016 г. «Науки и Техники»)

В СОСТАВЕ ТАШКЕНТСКОГО АПО им. ЧКАЛОВА

 

1974-1975 ГГ.

Ташкентский филиал ОКБ им. О. К. Антонова просуществовал 15 лет. В 1974 г. постановлением Совета Министров СССР по инициативе МАП было принято решение о передаче всех филиалов центральных ОКБ в ведение авиационных заводов, на территории которых они находились. Постановление звучало громко, однако оно коснулось лишь нашего ОКБ.

 

Причина была проста: Ташкентское авиационное производственное объединение им. Чкалова (ТАПОиЧ) осваивало новый транспортный самолет Ил-76 разработки ОКБ им. С. В. Ильюшина, а базы для его доводки и запуска его модификаций в производство в Ташкенте не было. Для создания коллектива, способного решать сложные вопросы проектирования модификаций самолетов, нужны годы. Однако на ТАПОиЧ действовал слаженный конструкторский коллектив из 250 сотрудников во главе с представителем ОКБ Антонова. Киев тоже не хотел делиться своими кадрами, которых он «пестовал» в течение 15 лет.

 

Стоит отметить, что здесь просматривалась и большая политика государства: ТАПОиЧ приступил к производству крупного транспортного самолета Ил-76. Но ввиду отсутствия филиала в Ташкенте сопровождать модификации самолета для нас было невозможно, ибо мы «принадлежали Киеву».

 

Теперь же произошло объединение нашего ОКБ с Серийным конструкторским отделом (СКО) Ташкентского завода. Там занимались только уточнением документации, поступающей от головных ОКБ, поэтому чувствовалась разница между нами и в работе, и в мышлении, бросалась в глаза их осторожность в принятии решений и согласовании документов со всеми инстанциями.

 

Тогда же присвоили моему КБ наименование КБ-100 — первый номер среди остальных КБ. Руководство по доработке всего планера всех типов самолета, изготавливаемых на заводе, поручалось только ему. Хотя общее руководство осталось за заводом, и органического слияния так и не произошло.

 

Передача нашего филиала в ведение завода шла запутанно, никто не мог объяснить наши функции и взять на себя ответственность за доведение незавершенных работ филиала. В конце концов нас оставили в покое, пожелав лишь некоторого отчета о проделанной работе Главному конструктору серийного отдела ТАПОиЧ, где не могли решать самостоятельно вопросы изменения конструкции самолета.

 

Нас передали заводу, и после долгих споров и разногласий дали полную самостоятельность в решении технических вопросов и вопросов проектирования с выходом непосредственно на заказчика. Причиной этому явилось то, что руководство завода убедилось в сложности реализации накопившихся за многие годы громадных заделов документации и работы по ней, выполненяемой нами.

 

Контроль в выполнении плана и отчетности перед заказчиками, а также все «почести» с оценкой срока выполнения работ завод оставил за собой. Нам позволили самостоятельно посещать центральные авиационные ОКБ, встречаться с генеральными конструкторами, решать вопросы проектирования, видеться со специалистами и с космонавтами, директорами научно-исследовательских институтов и представителями других организаций. Однако руководство ТАПОиЧ оставалось хозяином положения при оценке выполненной нами работы.

 

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.