Также Борисов заявил, что все три новых опытных самолета Т-50, которые планируется сдать в 2017 г., будут использоваться «на I этапе испытаний». Однако Борисов не уточнил, что имеется ввиду: полеты на этапе «А» Государственных испытаний, которые проводят силами ОКБ, завода-изготовителя, ЛИИ им. Громова и других организаций авиапромышленности, или же продолжение работ на двигателях I этапа «изделие 117С». Напомним, серийный самолет должен быть оснащен двигателями II этапа «изделие 30», о чем сообщал наш сайт .

 

Очевидно, серийные Т-50 могут быть приняты одним из Центров боевой подготовки личного состава ВКС России ориентировочно в 2019 году, вряд ли это произойдет раньше. Таким образом, цикл испытаний самолета составит 10 лет, а всего от начала разработки проекта и до первых поставок в войска пройдет 19 лет.

 

Казалось бы, как много – типичный российский «долгострой»? Однако это обычная продолжительность такой программы сегодня в мире. Напомним, от начала проектирования самолета Lockheed – Martin F-22 Raptor до первого полета опытного образца прошло 10 лет и 4 месяца, а поставки для ВВС США пошли только спустя 21 год после начала работ. С учетом того состояния, в котором оставили Россию «либеральные реформаторы», это очень неплохо. 

Истребитель Т50 с двигателями I этапа «изделие 117С». На фото отремонтированный после пожара на посадке Т-50-5 с новым облегченным фонарем кабины с силикатным стеклом толщиной 17 мм.
Истребитель Т50 с двигателями I этапа «изделие 117С». На фото отремонтированный после пожара на посадке Т-50-5 с новым облегченным фонарем кабины с силикатным стеклом толщиной 17 мм.
Фото: Н. Краснов // RussianPlanes.net

Сейчас основные работы по строительству опытных образцов Т-50 ведет КНААПО – Комсомольское-на-Амуре авиационное производственное объединение имени Гагарина. О нем Юрий Борисов сказал особо:

«Здесь все хорошо, авиазавод выполняет абсолютно все взятые обязательства перед Минобороны, претензий к предприятию нет».

Сейчас особо обсуждаемый вопрос – это угроза, которую несет для всей программы ПАК ФА отказ от сотрудничества со стороны Индии.

 

Эта страна заинтересована в истребителях V поколения и инициировала программу FGFA (Fifth Generation Fighter Aircraft), которая предусматривала адаптацию ПАК ФА под требования индийских ВВС.

 

Спору нет, поставки Индии военных самолетов выгодны и для России, и для «Сухого», и для КНААПО. Эта страна – их давний партнер. Индия с успехом использовала самолеты Су-7БМК, а сегодня ее пилоты летают на Су-30МКИ. Без сомнения, индийский заказ стал тем локомотивом, который в самые трудные годы развала российской оборонной промышленности «протолкнул» двухместный многоцелевой истребитель Су-30 в серийное производство. На индийские деньги Су-30 превратился в современный самолет поколения IV++ не только с новым вооружением и оборудованием, но и с системой управления, включающей управляемое переднее горизонтальное оперение и изменяемый вектор тяги двигателей.

 

Но так уж необходимы чужие деньги сегодня, когда положение совсем не то, что было в 1995 году? Как говорится, берешь чужие и на время, отдаешь свои и навсегда.

Таким индийские военные хотят видеть истребитель FFGA. Но за внешним сходством с российским Т-50 кроются существенные технические различия и (главное!) – коммерческие противоречия
Таким индийские военные хотят видеть истребитель FFGA. Но за внешним сходством с российским Т-50 кроются существенные технические различия и (главное!) – коммерческие противоречия
Фото: bastion-karpenko.ru

Индия явно «шантажирует» ими Россию, требуя не только полной передачи технологий и помощи в их освоении, но и поддержки ее собственной программы легкого истребителя V поколения АМСА. И в то же время она явно пытается усидеть даже не на двух, а сразу на нескольких стульях. Да, традиционно эта азиатская страна наряду с советскими, а затем российскими самолетами покупала и европейские: «Ягуары» к Су-7БМК, «Миражи» 2000 к МиГ-29. Но теперь ее руководители стали «заигрывать» и с Америкой. Конечно, какие самолеты покупать и у кого – это сугубо внутреннее дело индийского правительства, но в данном случае вряд ли ему удастся усидеть на таком количестве стульев. Как говорил граф Калиостро в замечательном фильме «Формула любви», седалища не хватит. Речь идет о простом вопросе – если разнообразие образцов вооружений станет слишком велико, его эксплуатация будет непосильной для бюджета.

 

Скорее всего, это действительно лишь простой шантаж, блеф. Индия не собирается закупать столько типов самолетов, как объявляет. Она лишь хочет заставить всех сбавить цену. То же самое можно сказать и о постоянных претензиях, которые сегодня она выдвигает ко всем покупаемым за рубежом образцам вооружений.

Продувочная модель индийского легкого истребителя V поколения АМСА. Работы по этой программе столкнулись с большими трудностями и Индия ищет партнера, который может их преодолеть
Продувочная модель индийского легкого истребителя V поколения АМСА. Работы по этой программе столкнулись с большими трудностями и Индия ищет партнера, который может их преодолеть
Фото: www.bharat-rakshak.com

Адекватный ответ производителей может быть таков: не идти на уступки и предлагать тот самолет, который уже есть (без доработок по требованию заказчика, которые идут вразрез с собственными интересами) и не в убыток для себя.

 

Индия будет вынуждена выбрать что-то лишь из того, что предлагает рынок, потому что сама пока ничего подобного сделать не в состоянии. Это касается как FGFA, так и АМСА – вряд ли он появится раньше российского легкого фронтового истребителя V поколения и, тем более, еще меньше надежд на то, что он будет лучше. Это можно видеть на примере индийского истребителя IV поколения HAL Tejas.

 

Но что если Индия все же откажется от ПАК ФА и предпочтет Lockheed – Martin F-35 Lightning II, закупка которого также обсуждается?

 

Это неприятно, но не смертельно. Вряд ли Т-50 не найдет себе иностранных покупателей. Темпы его поставок за рубеж скорее будут ограничиваться не способностью коммерсантов находить новых заказчиков, а возможностями производства выполнять контракты. Особенно с учетом резкого увеличения внутреннего заказа на военную продукцию, которое мы наблюдаем сегодня в России.