National Geographic пообщалась с Мукерджи, профессором медицины в Колумбийском университете, который также получил Пулитцеровскую премию за работу в области рака. Он рассказал много интересного об этом новом оружии ­­— или панацее — человечества.

Подзаголовок вашей книги говорит о «близкой истории». Расскажите, что вас вдохновило написать историю гена?

Я давно думаю об этой книге. Меня давно мучит извечный вопрос, почему мы похожи и не похожи на других. В моем конкретном случае, этот вопрос вращался вокруг психического заболевания. Почему два дяди и один кузен моей семьи страдали от него, а другие нет? Мой дядя Ягу, который жил с нами, получил диагноз шизофреника, но умер задолго до того, как этим расстройством стали заниматься всерьез.

В 2000-х годах было опубликовано много исследований, связывающих шизофрению и биполярное расстройство и предполагающих, что есть сильные семейные и, возможно, генетические связи между этими психическими расстройствами. Как гены связываются с окружающей средой? От чего зависит их шанс повлиять на человеческую судьбу?

 

Вы называете ген «одной из самых мощных и опасных идей в истории науке». Раскройте эту мысль для нас.

Мощный — из-за наследственности и идентичности. Что делает нас такими, какие мы есть, и как мы передаем эту информацию? В какой степени наследственность определяет нашу идентичность? Это очень мощные вопросы, которые мы задаем себе. Они также и очень опасные, поскольку поднимают идею, что мы можем контролировать и манипулировать ими. Что, если бы вы получили возможность изменить идентичность человека, просто изменив его гены, или могли бы определить будущее человека, узнав его генетическое содержание? История евгеники показывает, как генетику может исказить политическое поле и как она становится опасной.

 

У нас с вами в жизни были идентичные близнецы: ваша мать и тетя и мои старшие братья, все они идентичные близнецы. Почему близнецы так важны для исследований генов?

Близнецы представляют собой удивительный природный эксперимент. За некоторыми исключениями, их геномы идентичны. Поэтому, как они появляются на свет, каким болезням подвержены, что общего имеют — это отличный способ выяснить, какие аспекты человеческой природы подвержены влиянию генов, а какие нет. Я говорю «влиянию», потому что идентичные близнецы, очевидно, не идентичны. Их жизни протекают по-разному, напоминая нам, что биология — не книга судьбы. Биология сильно влияет на нашу судьбу. Но она не означает ее. Даже если у вас будут совершенно одинаковые геномы, вы не получите идентичных клонов. «Я» останется уникальным.

Псевдонаука евгеника достигла своего апофеоза в нацистской Германии. Но, думаю, наши читатели будут шокированы узнать, что очень много наработок на эту тему было сделано в Америке. Расскажите нам о Кэрри Бак.

Я посвятил книгу Кэрри Бак, поскольку она была одной из первых женщин в США, которую стерилизовали по решению суда. Подозревали, что у нее было наследственное психическое заболевание, и в 1920-х годах, чтобы очистить популяцию от ее генов, ее заключили в колонию в штате Вирджиния. Одним из начальников колонии был человек по имени Альберт Придди, один из самых больших сторонников евгеники через селективную стерилизацию. Придди обратился в Верховный суд, и авторитетный судья заключил, что «трех поколений имбецилов будет достаточно», тем самым приговорив Кэрри Бак к стерилизации. Теперь мы знаем, что шансы на то, что у Кэрри Бак было наследственное психическое заболевание, которое пытался искоренить Придди, были весьма малы.

 

В слове геноцид есть корень «ген». Опишите методы, которые использовали евгенисты Гитлера, и как они привели к Холокосту.

С 1920-х до 40-х годов нацистская партия начала движение по очищению расы в попытке очистить и весь род человеческий в генетических лазаретах. Они пытались определить, кто имеет наследственный «брак»: глухих, слепых, людей с врожденными заболеваниями. Крутили пропагандистские фильмы, в которых пытались описать, насколько ужасна может быть жизнь таких людей, пытаясь оправдать методы их уничтожения. Таким образом, был заложен полигон для гораздо более широкой программы истребления в виде Холокоста. К 1930-м годам еврейские мужчины и женщины стали непропорционально большой мишенью этого движения по очищению расы.

 

В истории гена был большой квантовый скачок вперед — ДНК, которую Джеймс Уотсон, один из открывателей двойной спирали, назвал «Розеттским камнем для распутывания истинной тайны жизни». Почему это так важно?

В 1910-х и 1920-х годах люди задумались о том, что может переносить код для создания организмов, их исправления и поддержания. Но они не знали его химическую форму. Томас Морган, великий ученый, исследовавших плодовых мушек, наряду с другими, понял, что генетическую информацию переносят хромосомы. Но он не знал, какие химические вещества отвечают за этот перенос и почему, и как именно они переносят всю эту информацию. Поэтому развязалась охота на химическое вещество, которое переносит эту информацию. Если бы вы могли идентифицировать это вещество и манипулировать им или же перемещать от одного организма к другому, вы теоретически могли бы изменять биологическую, наследственную информацию.

Открытие того, что ДНК переносит генетическую информацию, стало огромной неожиданностью. Его сделал Освальд Эвери и его коллеги по Университету Рокфеллера в 1940-х годах. Затем началась гонка в попытке понять ее структуру. Каким вообще образом ДНК может переносить информацию для создания вас и нас? На этот вопрос ответила структура ДНК, Позже выяснилось, что структура позволяет ДНК переносить информацию в этой невероятной форме: в виде последовательности A, C, B, G, G, C, G, A и так далее. Четыре буквы переносят информацию, необходимую для создания человека. В конечном счете это привело к проекту генома человека.

 

В фильме «Прислуга» афро-американка Эйби как-то сказала: «Мы одинаковые. Просто разного цвета». Расскажите нам о митохондриальной Еве.

Митохондриальная Ева — это удивительное понятие. Идея в том, что генетическая информация, которую мы наследуем, приходит от наших отцов и матерей, по хромосоме от каждого предка. Но есть и исключение: фабрика по производству энергии в наших клетках, у которой также есть генетическая информация. Только эта генетическая информация приходит исключительно от матери. Глядя на эту митохондриальную информацию, можно проследить, как ваша пришла от вашей матери, ее пришла от ее матери и так далее. Существует матрилинейная родословная. Люди как вид очень молоды, им всего 200 000 лет. И если отследить митохондриальную ДНК от матери к матери, можно добраться до генетической информации одной женщины, которая жила где-то в Африке. Она была не единственной женщиной, живущей в то время. Но именно от нее пошли все наши родословные. Поэтому ее называют митохондриальной Евой.

 

Как гены определяют человеческий интеллект? Есть ли такая связь?

Одной из самых спорных книг за последние годы была «Кривая Белла». В ней автор пытается понять основы человеческого интеллекта и степень, в которой человеческие гены могут на него влиять. Если присмотреться, гены действительно влияют на один из аспектов, который мы ассоциируем с человеческим интеллектом: на тест IQ. Но это всего один тест на интеллект. «Кривая Белла» пытается не только доказать, что гены влияют на коэффициент интеллекта, но и что если измерять интеллект различных «рас» — хотя это слово не совсем уместно — то можно обнаружить, что азиаты и кавказцы набирают в этих тестах больше на 10-15 очков.

Почему это неверный подход? Да хотя бы потому, что само построение теста на IQ оспаривается с 1990-х годов. Кто-то набирает больше в одной части теста, кто-то в другой. Предвзятость и расстановка акцентов определяет окончательный счет.

 

Существует ли «ген геев»? Что насчет половой принадлежности?

Мы знаем, что генетика оказывает мощное влияние на половую принадлежность. Мы также знаем, что нет ни одного гена, который в большей степени определяет половую принадлежность. В точных генах, определяющих это, много непонятного, но влияние есть — это мы узнали, исследуя близнецов. Нет «гена геев». Может быть несколько генов, которые взаимодействую с окружающей средой человека и приводят различные уклоны в половой принадлежности. Но одного гена, который можно назвать «гейским», нет.

Теперь мы можем менять геном человека по желанию. Каковы потенциальные выгоды и опасности генной инженерии?

Мы секвенируем геном яиц и эмбрионов все больше и больше и начинаем использовать технологии, которые потенциально позволили бы нам изменить геном человека. Потенциальные выгоды могут включать ликвидацию болезней с сильным генетическим подтекстом.

Опасность в том, что будут непредвиденные последствия. Мы внезапно начнем принимать решения относительно того, какие человеческие гены более предпочтительны, чем другие. При этом мы рискуем принять неправильные решения о том, каких вариаций генов существовать не должно. Хотя технологии вокруг генома человека жестко регламентируются, маловероятно, что решение о том, какого ребенка вам позволено иметь, будут приниматься на уровне правительства. Люди будут принимать решения индивидуально, а это уже, по сути, евгеника.

 

Что больше всего поражает вас в истории гена, Сиддхартха?

Самое удивительное то, насколько все это неизвестно широкой публике. Любой, кто начнет открывать для себя историю генов, удивится тому, как мало истории социальной евгеники нам известно; как много мы знаем о генах и геномах сегодня; как находимся на пороге того, чтобы быть в состоянии изменить геном человека; и как это будет просто сделать.

 

Права на данный материал принадлежат Hi-News.ru