Серийного номера у него нет: он был построен в единственном экземпляре. О принципе действия двигателя в литературе существуют самые противоречивые сведения. В одних источниках танк называется «электрическим», в других утверждается, что он работал на газовых двигателях.

Танк «Хольт» на испытательном полигоне
Танк «Хольт» на испытательном полигоне

На самом деле всему виной путаница терминологии. В названии, данном танку разработчиками (коллективом конструкторов Holt Manufacturing Company, впоследствии преобразованной в знаменитую фирму Caterpillar — и General Electric), действительно фигурирует «gas-electric». Однако первое слово указывает на бензиновый двигатель («газовым» его назвали в эпоху господства паровых машин, и это определение так и продержалось до конца Первой мировой войны). Этот двигатель — четырехцилиндровый мотор с водяным охлаждением, мощностью 90 л. с. — подавал энергию на два электромотора, по одному на каждую гусеницу.

 

Сходная схема была использована в французских танках «Сен-Шамон». Ничего удивительного: между фирмами «Хольт» и «Шнейдер» (разработавшей «Сен-Шамон») существовали давние контакты на грани стратегического сотрудничества и промышленного шпионажа. Хольтовские тракторытягачи с бензиновым мотором в ходе войны активно поставлялись в Великобританию, часть из них попала к союзникам-французам — и именно главный конструктор «Шнейдера» сперва разработал на их базе невооруженный бронированный тягач, а потом уже приступил к постройке собственно танка. С этой историей и связаны отдельные упоминания о «Holt gas-electric tank» как о воевавшей машине. Но широко использовавшиеся в 1914—1918 годах тягачи не имели электромоторов (причем забронированы из них были лишь считанные единицы), а в «сен-шамонах» использовались лишь отдельные элементы хольтовской конструкции.

Ранний образец хольтовского тягача. Судя по всему, танк унаследовал от него даже слишком много, включая высоту и неудачные для боевой машины обводы
Ранний образец хольтовского тягача. Судя по всему, танк унаследовал от него даже слишком много, включая высоту и неудачные для боевой машины обводы

Если же говорить именно о «Holt gas-electric tank», то ТТХ его единственного образца таковы: вес 25,4 т, броня 15 мм, экипаж 6 человек, скорость 10 км/ч. Вооружение на него так и не было установлено, но предполагалась «курсовая» пушка калибром 75 мм, два 7,62 мм пулемета в шаровых установках по бортам и несколько ручных пулеметов внутри, для стрельбы из бойниц.

 

Машина была, возможно, и неплохой конструкции (удачное решение ходовой части позволяло этому танку не только преодолевать щель окопа, но и взбираться на бруствер — что было подлинным проклятием и для «сен-шамонов», у которых корпус нависал над гусеницами, и для наиболее мощных танков противника: немецких «Sturmpanzerwagen A7V») — но еще очень сырая и сложная в эксплуатации. А самое главное — она безнадежно опоздала, будучи воплощена «в железе» уже перед концом войны. Дорабатывать и пускать в серию ее уже никто не стал.

 

Остались лишь легенды об «электрическом танке». Причем кое-какие из них, похоже, просочились в печать еще до завершения работ, породив миф о... «Сером короле», танке-шагоходе (см. «Наука и техника» № 3/2007) — а дальше уже зажили своей фантастической жизнью, абсолютно отделившись от реального первоисточника.

 

Кенгуру с 90-мм броней

 

Эта импровизированная модель интересна не сама по себе, а как образец, демонстрирующий эволюцию военной мысли. История «Кенгуру» такова: в 1944 году, во время высадки союзников в Нормандии, генерал-лейтенант Гай Саймондс (2-й канадский корпус) был очень встревожен высоким уровнем потерь среди наступающей пехоты. Использование бронетранспортеров не могло сколько-нибудь заметно изменить ситуацию — и тогда генерал распорядился в виде эксперимента снять башню с безнадежно поврежденной машины М7 «Прист» (модификация не очень удачного американского танка М10) и использовать образовавшийся агрегат в качестве транспорта сопровождения. Эксперимент оказался удачным: «танк-транспортер», в войсках получивший прозвание «Кенгуру», вмещал, в дополнение к двум членам экипажа, еще и двадцать (!) пехотинцев с ручным оружием. От навесного огня они не были защищены, а от прямого попадания снаряда броня «Приста» вообще берегла неважно — но защиту от пуль и осколков давала надежную.

Фотография 1944 г.: пехотинцы десантируются из «Кенгуру» шермановского типа
Фотография 1944 г.: пехотинцы десантируются из «Кенгуру» шермановского типа

В дальнейшем машины такого типа изготовлялись главным образом на базе танка «Шерман», но за всеми ними закрепилось первоначальное название «Кенгуру». Объем шермановского корпуса, даже очищенного от боеприпасов и механизмов вращения башни, был меньше, чем у М7, поэтому десантная группа состояла уже из 12 человек плюс опять-таки двое членов экипажа. Зато толщина брони составляла 90 мм (против всего лишь 37 мм у «Приста»), скорость в боевых условиях — 40 км/ч, а запас хода 230 км.

 

Из вооружения на «Кенгуру» применялся лишь 7,7 мм пулемет в шаровой установке на лобовой части корпуса. Но главной задачей экипажа было не вести огонь, а доставить пехотную группу на место десантирования.

 

Эта успешная импровизация неплохо зарекомендовала себя в сражениях 1944—1945 гг. И, хотя в дальнейшем она уже не применялась, гораздо важнее оказался главный урок: даже наспех сконструированный, несовершенный по многим параметрам транспортер может серьезно облегчить задачи, встающие перед пехотой, если он защищен настоящей танковой броней и обладает по-настоящему танковой проходимостью.


Понравилась статья? Не забудьте поделиться ею: